Одиночество: когда не хватает не людей, а близости

У одиночества всегда есть история. Иногда она начинается с перемен во внешней жизни, иногда тянется из детства, и часто одно накладывается на другое.

Бывает, что одиночество приходит вместе с переменами. Переезд в другой город или страну, развод, смерть близкого, взрослые дети, которые уехали жить своей жизнью, декрет, удалённая работа, пенсия. Прежняя жизнь сама держала человека среди людей: общие дела, общие маршруты, общие праздники. Когда она меняется, оказывается, что связи держались на обстоятельствах, а новые сами собой не появляются.

Но часто одиночество тянется дольше любых перемен. Если в детстве на чувства ребёнка отвечали раздражением, холодом или не отвечали вовсе, он рано понимает, что со своими переживаниями лучше справляться самому. Он вырастает во взрослого, который умеет быть с людьми, помогать, поддерживать разговор, но не умеет в них нуждаться. Просить кажется опасным: вдруг откажут, вдруг станешь обузой. И близость остаётся на расстоянии вытянутой руки, хотя её очень хочется.

Есть сторона, о которой говорят реже. Одинокий человек — не всегда тот, кого не зовут. Иногда зовут, а он не идёт: устал, неловко, «да там и без меня обойдутся». Каждый такой отказ по отдельности понятен, а вместе они складываются в жизнь, где людей становится всё меньше. Так одиночество поддерживает само себя.

Уединение человек выбирает сам, и после него становится легче. Одиночество не выбирают, и оно тяготит.

Желание побыть одному само по себе ничего плохого не значит. Британский психоаналитик Дональд Винникотт ещё в 1958 году писал о «способности быть одному» как о признаке зрелости. По его мысли, она вырастает из раннего опыта, когда ребёнок спокойно играет сам, а мать рядом и ничего от него не требует. Взрослый с такой способностью может провести вечер в тишине и не чувствовать себя брошенным.

Но иногда за «хочу, чтобы меня все оставили в покое» стоит не тяга к тишине, а усталость от людей, рядом с которыми приходится держать лицо. Если с другими всё время подстраиваешься, следишь за словами, стараешься быть удобным, отдохнуть получается только одному. Тогда уединение становится убежищем, а одиночество — его ценой. Отличить одно от другого помогает вопрос: после времени наедине с собой вам становится лучше или пустее?

Обычно помогает не количество новых знакомств, а повторяемость: одни и те же люди, которых видишь снова и снова.

Близость редко возникает с первого раза. Она складывается из повторов: тот же хор по средам, та же секция, те же соседи по даче, та же группа, где каждую неделю собираются одни и те же люди. Разовые встречи и вечеринки дают ощущение движения, но знакомства на них так и остаются знакомствами. Поэтому одиноким людям нередко легче там, где встреча назначена заранее и не нужно каждый раз придумывать повод.

Ещё одно наблюдение: одиночество редко уходит оттого, что человек заставляет себя выходить к людям. Оно отступает, когда рядом с кем-то становится можно показать чуть больше, чем обычно. С чего начать такой разговор, я пишу в статье «Не с кем поговорить».

Если одинокими вечерами вы разговариваете с чат-ботом, стыдиться тут нечего. Стоит только замечать, что бывает после такого разговора: тянет ли к людям или к ним хочется ещё меньше. Как говорить с ботом, чтобы он помогал, я пишу в статье «Как говорить с ИИ-психологом, если плохо», а где у него граница — в статье «Может ли ИИ заменить психолога».

И последнее. Если вы замечаете, что каждый раз, когда кто-то подходит ближе, вам хочется отступить, сослаться на дела, не ответить, это стоит заметить без упрёка к себе. Именно в этом месте одиночество обычно и держится. Изнутри его почти не видно, и одному с ним трудно.

Мне хочется понять, какая жизнь была у человека: кто был рядом, когда ему было плохо в детстве, и что происходит с ним сейчас, когда кто-то подходит близко. Терапия здесь сама становится отношениями, в которых одиночество так или иначе проявится: в опозданиях, в желании всё бросить, в страхе стать неинтересным, в злости. Об этом можно говорить, а не уходить, и нередко это первый такой опыт.

В группе одиночество видно ещё яснее. Там несколько человек встречаются каждую неделю, и постепенно становится заметно, кто молчит, кто подстраивается, кто первым отходит в сторону. Для кого-то группа становится первым местом, где можно говорить о себе и где тебя видят одни и те же люди.