Луи (Лу) Ормонт и психодинамическая группа

Лу Ормонт (Louis R. Ormont, 1918–2008; в русских книгах и статьях его называют также Луи и Луис) был американским психологом и психоаналитиком, одним из важных авторов современной аналитической групповой терапии. Его работа связана с традицией современного психоанализа, которую развивал Хайман Спотниц.

В психологию он пришёл не самым прямым путём. По биографическим справкам, сначала была Йельская школа драмы и пьесы, которые он продолжал писать и потом, затем докторская степень по клинической психологии в Колумбийском университете. Групповой работе он учился у очень разных людей, среди них Фриц Перлз и Хайман Спотниц; рядом со Спотницем потом проработал больше сорока лет. Психоаналитику трудно удержаться и не связать театральное прошлое с тем, как внимательно Ормонт смотрел на происходящее между людьми здесь, на глазах у других.

Групповых терапевтов тогда было совсем немного: по одной из биографий, когда Ормонт начинал в 1942 году, так себя называли меньше двадцати человек. В 1960 году он стал работать только с группами. В 1970-х вошёл в число коллег, которые вместе со Спотницем основали в Нью-Йорке Center for Modern Psychoanalytic Studies, школу его метода. А в 1989 году с единомышленниками открыл Center for Group Studies, где до сих пор учат вести группы в этой традиции. Умер Ормонт 15 ноября 2008 года, в один год со Спотницем.

Ормонт много десятилетий вёл группы, писал о групповой технике и обучал специалистов. В его подходе группа не была фоном для индивидуальной терапии каждого участника. Она сама становилась главным рабочим инструментом.

Смысл простой, но клинически сильный: человек приносит в группу свой обычный способ быть с людьми — и историю о том, как его не понимают, отвергают или используют, и саму манеру вступать в контакт, защищаться, ждать реакции, злиться, исчезать, просить или не просить.

Общую рамку, из которой выросла эта групповая линия, я описываю на странице о современном психоанализе. Здесь речь именно о группах Ормонта.

В жизни мы редко видим свой сценарий целиком. Кажется, что просто попались холодные люди, слишком требовательный начальник, равнодушный партнёр, неблагодарные друзья. Иногда это правда. Но иногда в разных отношениях снова и снова появляется один и тот же рисунок.

В психодинамической группе этот рисунок быстрее становится видимым. Один участник снова замолкает, когда его задели. Другой начинает всех мирить. Третий говорит много и умно, но никого к себе не подпускает. Кто-то чувствует себя лишним ещё до того, как его отвергли.

Это не «плохое поведение». Это способы выживать в контакте, которые когда-то могли быть нужны. Группа даёт возможность и понять их головой, и встретиться с ними в моменте: что я сейчас делаю, чего жду от других, чего не решаюсь сказать.

В этом смысле группа похожа на тренажёр реальной жизни. Не потому что там разыгрывают упражнения, а потому что настоящие реакции появляются рядом с настоящими людьми, но в более бережных условиях.

Вторая опора техники Ормонта — контракт. Так называют договорённость, которую участники принимают до начала работы и которая потом не меняется от настроения. Формулировки у разных ведущих свои, но обычно речь о том, чтобы приходить регулярно, не выносить сказанное за пределы группы и выражать чувства словами, а не поступками. Первая статья Ормонта о контракте вышла в 1962 году: о том, как заключать его в только что собранной группе.

Самое интересное начинается, когда договорённость нарушают. Человек опоздал, ушёл раньше, промолчал о встрече с участником вне группы. В обычной жизни за такое стыдят или делают вид, что ничего не случилось. В группе Ормонта отступление от контракта становится материалом: что помешало, что хотелось сказать этим поступком и кому. Правила здесь нужны не ради дисциплины. Они дают неподвижную точку, от которой хорошо видно, куда нас относит.

Как устроены договорённости в моих группах, можно обсудить на первом разговоре, до того как вы решите, идти ли в группу.

Ормонт называл это словом immediacy, непосредственность. По его мысли, изменения происходят там, где чувство возникает между живыми людьми в моменте, а не в пересказе. Он описывал три самых частых способа этого избежать: говорить о прошлом, уходить мыслями в будущее и обсуждать жизнь за стенами группы.

Мы вообще удивительно изобретательны, когда нужно не говорить о том, что происходит прямо сейчас. Можно подробно и честно рассказать о конфликте с начальником и ни разу не упомянуть, что пять минут назад задело молчание соседа по кругу. Ведущий в такой момент не запрещает рассказ. Он может спросить, не происходит ли что-то похожее и здесь, в группе.

В статьях 1990-х годов Ормонт писал о двух вещах, которые постепенно появляются у участников. Первая — наблюдающее «я». Сначала группа как бы смотрит за человека: другие замечают, как он на них действует, и говорят об этом. Со временем у него самого вырастает способность увидеть это изнутри и без самобичевания: вот я снова отшутился, вот снова взял на себя чужую задачу.

Вторую он называл изолирующим барьером. Это не стена, а скорее гибкая граница. Одни люди защищены так плотно, что к ним не проходит ни упрёк, ни тепло. Другие, наоборот, ранятся от каждого взгляда. В группе эта разница видна быстро, и со временем появляется возможность учиться впускать то, что питает, и не впускать то, что разрушает.

Здесь легко запутаться, и путаница не случайна. В России словами «групповой анализ» и «групп-анализ» обычно называют британскую традицию Зигмунда Фулкса (встречается написание «Фоулкс»). В ней ведущего сравнивают с дирижёром: он скорее следит за общим звучанием, чем вмешивается, а в центре внимания группа как целое. Многие московские центры группового анализа работают в этой традиции.

Линия Спотница и Ормонта сложилась в Нью-Йорке, и по-русски её называют современным американским групповым анализом. Ведущий в ней активнее: держит контракт, строит мосты между участниками и бережёт хрупкие места, не торопясь с толкованиями. Обе традиции психоаналитические, в обеих обычно долгие группы и встречи по полтора часа. Различаются они прежде всего тем, как ведущий присутствует в комнате.

Я училась групповой работе во второй традиции: в 2022–2025 годах прошла трёхлетнюю программу САГА «Современный американский групповой анализ: от теории к практике» в Центре современного психоанализа, с теорией, супервизиями и собственным опытом участника группы. Самому подходу Спотница я училась на курсе ЕАРПП «Спотниц-72. Психоанализ доэдипального пациента». Поэтому, когда я пишу «психодинамическая группа», я имею в виду эту линию. Тем же словом в Москве называют и другие форматы, так что о подходе вполне можно спросить у любого ведущего.

Главная книга Ормонта, «The Group Therapy Experience: From Theory to Practice» (1992), вышла на русском под названием «Групповая психотерапия: от теории к практике». Её издали в Санкт-Петербурге в 1998 году в двух частях, потом переиздавали. Я её читала и советую тем, кто сам ведёт группы или учится этому: она о том, как успешно вести работу в группе, используя все возможные ресурсы, в том числе психический аппарат ведущего. Одна из глав посвящена технике «мостиков», так в русском переводе назвали бриджинг.

Участнику группы книга не обязательна: в группе можно разобраться по ходу, и вопросы о ней тоже становятся материалом.