1/7

Юлия Кабзон · психолог-психоаналитик

Опубликовано 1 января 2026 г. · обновлено 26 октября 2026 г.

Подавленная агрессия: как с ней работают в терапии

Коротко

Агрессия в терапии — не помеха, а рабочий материал: это энергия, нужная для защиты границ, отделения от других и изменений.
Подавленная злость не исчезает: она уходит в самообвинение, пассивную агрессию и внезапные срывы на безопасных людях.
Чтобы злость перестала управлять исподтишка, её сначала нужно признать и высказать вслух — например, сказать о ней психоаналитику прямо.
В методе Спотница аналитик помогает выразить агрессию и выдерживает её — так человек видит, что злость не разрушает ни его, ни контакт.
Подавленную агрессию узнают по обходным путям: жёсткая самокритика, трудно сказать «нет», обида вместо злости, сарказм, внезапные вспышки.

Когда человек приходит в терапию, он часто приносит с собой длинный список «правильных» чувств: грусть, тревогу, растерянность. Но агрессию — редко. Агрессия — это то, что нужно скрывать, подавлять, контролировать. «Я не должен злиться». «Это некрасиво». «Это разрушительно».

И в этом «не должен» заложена проблема. Агрессия — это энергия, которая нужна для защиты границ, для отделения от других, для изменений. И когда эту энергию подавляют, она не исчезает. Она накапливается, искажается, находит обходные пути.

2/7

Куда девается подавленная агрессия и почему она возвращается вспышками?

Подавленная агрессия не исчезает бесследно, а может менять форму. Она нередко уходит в самообвинение, пассивные действия или неожиданные срывы на безопасных людях. Пока злость вытесняется, она управляет человеком исподтишка. Когда её называют вслух человеку, который её выдержит, она теряет разрушительную силу.

Когда человеку трудно выразить агрессию напрямую, внутреннее напряжение начинает искать другие выходы. Иногда злость как будто разворачивается внутрь — и тогда рядом оказываются самообвинение, самонаказание, ощущение, что главным объектом злости стал он сам.

Иногда агрессия выходит косвенно — через пассивную агрессию, саботаж, «забывчивость», опоздания. Человек не говорит «я злюсь на тебя», но его поведение как будто говорит об этом за него.

Иногда агрессия накапливается до тех пор, пока не взрывается по совершенно незначительному поводу. Человек кричит на ребёнка за пролитое молоко, хотя часть этой злости может быть адресована партнёру, начальнику, родителям — всем тем, кому оказалось трудно сказать «нет» прямо.

Я замечаю, что люди, которые говорят «я никогда не злюсь», часто описывают симптомы, которые нередко соседствуют с подавленной агрессией: хроническая усталость, психосоматика, депрессивные состояния, проблемы с границами.

3/7

Признаки подавленной агрессии: как понять, что злость прячется

Подавленную агрессию редко узнают как злость. Чаще её узнают по обходным путям, и сам человек обычно никакой злости в них не чувствует.

Например, по самокритике. За ошибку в отчёте, за лишний кусок, за то, что «опять не смог», человек ругает себя так, как никогда не позволил бы себе говорить с другим. Злость, которой нельзя было достаться другому, достаётся ему самому.

По тому, как трудно сказать «нет». Человек соглашается, а потом не делает: забывает, опаздывает, «не успевает». «Нет» всё-таки случается, только поступком, а не словами. Или по обиде и слезам там, где уместнее было бы разозлиться. По сарказму и шуткам над близкими, на которые нельзя обидеться, ведь «это шутка». По разговорам, которые вечером прокручиваешь в голове, придумывая, что надо было ответить.

И по внезапным вспышкам: долго всё спокойно, а потом взрыв из-за мелочи, и сам удивляешься силе своей злости. Когда такие вспышки достаются близким, это отдельная история, о ней я пишу в статье «Почему я злюсь без причины». А если злость держится ровным фоном мелкого раздражения на всё подряд, ближе статья о раздражительности.

4/7

Почему, чтобы снизить агрессию, сначала нужно её признать?

«Чтобы освободиться от агрессии, нужно сначала её выразить.»

Пока злость вытесняется, она управляет человеком бессознательно. Когда злость названа вслух — человеку, который её выдержит, — она теряет разрушительную силу.

Здесь возникает странная вещь: чтобы агрессия перестала управлять вами, нужно сначала позволить ей быть. Не подавлять, не контролировать, не рационализировать — а просто признать: «Да, я злюсь. Да, я хочу разрушить. Да, я ненавижу».

Это пугает. Кажется, что если позволить себе злиться, то агрессия захлестнёт, разрушит отношения, превратит вас в монстра. Но нередко происходит обратное: когда злость можно признать и высказать вслух — и за это ничего не будет, — она становится менее разрушительной и меньше управляет человеком исподтишка.

В терапии так можно с самого начала — это часть метода. Вы можете сказать аналитику: «Я злюсь на вас». «Мне не нравится, что вы молчите». «Я ненавижу, когда вы так говорите». И аналитик не обидится, не отвернётся, не накажет. Он выдержит вашу агрессию — и тем самым покажет, что она не смертельна.

5/7

Работа с агрессией в психоанализе: метод Спотница

Метод Спотница, который я практикую, делает работу с агрессией центральным элементом терапии. Спотниц обнаружил, что для людей с нарциссическими расстройствами и довербальными травмами агрессия — это не проблема, а решение. Кем он был и как пришёл к этому, я рассказываю в статье о Хаймане Спотнице.

Эти люди нередко оказываются в состоянии, где выразить агрессию страшно, потому что есть фантазия разрушить важный объект любви (мать, партнёра, аналитика). Тогда невыраженная агрессия может направляться внутрь и поддерживать депрессивные переживания, апатию, самоненависть, психосоматику.

Задача аналитика — не интерпретировать агрессию («вы злитесь, потому что...»), а помочь её выразить. Иногда это делается через прямые вопросы: «Что бы вы хотели мне сказать?». Иногда — через провокацию: аналитик намеренно создаёт ситуацию, которая вызывает злость, чтобы человек мог её почувствовать и выразить.

И когда агрессия выражена — происходит что-то удивительное. Человек обнаруживает, что объект любви не разрушился. Аналитик выдержал. И это означает, что агрессия не смертельна. Что можно злиться и при этом оставаться в контакте.

6/7

Что можно сделать с подавленной агрессией самому

Вернуть себе злость в одиночку трудно: она подавлена как раз потому, что когда-то злиться было небезопасно. Но кое-что можно начать замечать.

Правило первое: ловить моменты, когда злость могла бы быть. Не саму злость, а её следы: обиду, внезапную усталость перед встречей с кем-то, желание съязвить, вечерний пересказ разговора самому себе. И спрашивать: «если бы я позволил себе разозлиться, то на кого и за что?»

Правило второе: называть злость словами, хотя бы себе или на бумаге. «Я злюсь на маму, потому что она опять сравнила меня с сестрой». От того, что злость названа, её не становится больше. Обычно наоборот: ей больше не нужно искать обходные пути.

Правило третье: не торопиться высказать всё накопленное тому, на кого злишься. Злость, которая копилась годами, в первый раз выходит несоразмерной, и разговор может кончиться ссорой, после которой снова захочется всё подавить. Начинать проще там, где её выдержат.

7/7

Что даёт работа с агрессией в терапии на практике?

Появляется возможность злиться без самоуничтожения, ставить границы без вины и сохранять близость без накопленного внутреннего напряжения.

Работа с агрессией в терапии не сделает вас более агрессивным. Она помогает освободиться от агрессии, которая управляет вами бессознательно. Когда вы можете признать свою злость и сказать о ней прямо — не в пустоту, а другому человеку, — она обычно становится менее разрушительной.

Вы обнаруживаете, что можете злиться на людей, которых любите, и при этом не терять их. Что можете защищать свои границы, не чувствуя себя виноватым. Что можете сказать «нет», не боясь быть отвергнутым.

И, как ни парадоксально, когда агрессия перестаёт быть запретной, она перестаёт быть такой сильной. Большая часть её силы — это сила подавления. Когда подавление снимается, агрессия становится просто энергией, которую можно использовать для изменений.

Иногда за тревогой стоит злость, которой так и не нашлось места. Об этом я отдельно пишу на странице о тревожности; там же понятнее становится, как такая работа разворачивается в индивидуальной терапии. А если ближе сама тема внезапных вспышек и вопроса «почему я злюсь без причины», я отдельно разбираю это в статье о злости без причины.

Частые вопросы

Да. Более того, это часто оказывается важной частью процесса. Главное, чтобы агрессия могла быть замечена, выдержана и переведена в слова, а не только в действие или разрыв.

Это тоже часть работы. Злость нередко соседствует со страхом, стыдом и беспомощностью. В терапии важна не героическая прямота, а возможность постепенно выдерживать собственные чувства, не отказываясь от них.

Безопасность здесь не означает отсутствие сильных чувств. Она означает понятные правила — постоянное время, границы, конфиденциальность, — внутри которых эти чувства можно исследовать, не разрушая ни себя, ни отношения. Именно эти правила делают агрессию рабочим материалом.

Её обычно узнают по обходным путям: жёсткая самокритика, трудно сказать «нет», обида и слёзы там, где уместнее было бы разозлиться, сарказм, «забытые» обещания и внезапные вспышки из-за мелочей.

Начать можно с того, чтобы замечать её следы и называть злость словами, хотя бы себе. Дальше нужен человек, который выдержит эту злость и не отвернётся. В терапии так можно с первой встречи: злость на психолога — тоже часть работы.

Не знаете, нужна ли вам терапия?

Запишитесь на первый разговор

20 минут, онлайн, бесплатно — это не терапия. Это знакомство:

1.Вы расскажете, что вас привело
2.Я отвечу на вопросы про метод, формат, стоимость
3.Решите потом — подходит вам это или нет

Без давления и без обязательства продолжать, если почувствуете, что это не ваш формат.

Записаться на первый разговор

20 минут · бесплатно · ни к чему не обязывает